Жительница деревни Моисеево Городокского района  Евдокия Певень семь лет назад обращалась в республиканский архив и КГБ за подтверждением сведений о том, что она была принудительно угнана в Германию во время второй мировой войны. Работники этих ведомств почти слово в слово отвечали престарелой женщине: в списках репатриантов таковая не числится.

Из центрального государственного архива Октябрьской революции и социалистического строительства Белоруской ССР (ЦГАОРБССР) сообщили: «...в частично сохранившихся документах архива сведений об угоне в Германию на принудительные работы Евдокии Николаевны Певень не обнаружено». Рекомендовали обратиться в управление по розыску Исполкома Союза общества Красного Креста и Красного Полумесяца СССР, центральный госархив Октябрьской революции, высших органов государственного управления (ЦГАОР СССР), госархив Брестской области.

Из управления КГБ Республики Беларусь по Гомельской области (Евдокия Певень - переселена из чернобыльской зоны) сообщали: «... не смотря на тщательную проверку сведений о вас в архивных материалах о советских гражданах находившихся в период Великой Отечественной войны в фашистских лагерях, не обнаружено. Рекомендуем обратиться в Государственный  архив Гомельской области или в Центральный государственный архив Октябрьской революции. Сожалеем, что не смогли помочь».

Из госархива Гомельской области  уже посоветовали Евдокие Николаевне написать в зональный архив Мозыря.  Из Мозыря Е. Певень отправили в международную службу розыска по адресу Тросе Аллее, Д-3548, Арользен, Германия.

Вскоре немецкая сторона ответила: «...к сожалению, мы не нашли никаких данных. Однако не исключено, что последующая проверка нашей подлинной документации может привести к другому результату.  Для того, что бы в короткий срок сообщить вам о том, имется ли ваша фамилия в наших документах, мы будем давать предварительную информацию».

Заметьте, не оттолкнули немцы бюрократической отпиской, всерьёз занялись поиском документов гражданки из Беларуси.

И вот пришёл долгожданный ответ из Германии.

«Многоуважаемая госпожа Певень. С помощью организации «Мемориал» мы узнали о том, что вы в период второй мировой войны находились на принудительных работах в городе Кёльне (Германия). Мы рады тому, что вы сообщили там о себе... Кроме того, мы просим вас сообщить о том, подали ли вы заявление для получения компенсации за работу в Германии или уже её получили. Заранее благодарим за ответ. С наилучшими пожеланиями...»

Увы. Никакой компенсации Евдокия Николаевна Певень тогда не получила. Все запросы в инстанции за неё, женщину безграмотную, писали другие. Другие люди читали и ответы, приходившие по почте. Последний, самый важный, как-то прошёл мимо добровольных помощников Е. Певень и лежал не востребованным целых два года.

Я встретил эту престарелую женщину случайно, будучи в командировке в Городокском  районе. Прямо на пороге Холомерского сельсовета, она рассказала незнакомому человеку о своих мытарствах. Пришлось зайти к председателю Совета Анатолию Мирончику. Через пару часов на его столе лежала кипа ответов в адрес Певень из разных ведомств, в том числе из Германии. И представьте себе, перебрав бумажки, я выудил из вороха стереотипных ответов единственно правильный, решающий, с обратным немецким адресом. На русском языке. Тут же, с разрешения хозяина кабинета, я позвонил в райотдел социальной защиты. «Пусть Певень привозит документы, – ответила сотрудница исполкома. – Мы перешлём это всё в Минск, в фонд «Взаимопонимание и примирения». От туда Евдокии Николаевне придёт долгожданная компенсация».

Наша бюрократия, видимо, не способна быстро перенять пунктуальность и оперативность «капиталистической» бюрократии. Не тот опыт и не тот спрос. Но вежливости и такту не так уж трудно научиться. Только в одном ответе из отечественной инспекции автор не поленился написать: сожалеет, мол, что не смог помочь. Назвать, по примеру немцев, пожилую женщину «уважаемой» никому не пришло в голову.

Страшно даже подумать, что бабушка Евдокия, отдыхающая на скамеечке Холомерского сельсовета, могла не обратиться ко мне, городскому гостю  «при портфеле», и не излить то, что накопилось в душе. Возможно, она продолжала бы «нанимать писарей» для обращения в «родные» архивы до конца дней своих...

Горе державе, где власть смотрит только в будущее.

Кстати, всем известно, что по указанию А. Лукашенко чиновники всех уровней власти должны на жалобы граждан отвечать по принципу «одного окна». Это означает, что человеку надо один раз обратиться к чиновнику с просьбой. Остальная работа за представителями «вертикали». Для наглядности: в Городокском исполкоме на всю стену разрисован плакат «одного окна» На нём изображена «форточка» и десятки кабинетов районной администрации. Создаётся впечатление, что «вертикальщики» этим плакатом смеются над принципом одного окна, а главное – над людьми, и естественно, над своим кумиром...

Владимир ЖИГУЛОВ

Материалы по теме:

Похожие материалы:

юридическая помощь
связь
поиск
побеждаем!
тарифы ЖКХ